BacR (bacr) wrote,
BacR
bacr

Category:

Юлия Латынина, Дело о пропавшем боге

Буржуазное вроде бы поведение, но хорошо пишет собака. Цитаты.


- У господина аравана лицо чуть тронуто желтизной и родинка чуть выше
правого уголка рта. Он ночи сидит над книгами, а дни над отчетами: ему
некогда видеть сны, и он грезит наяву. Его мысли стали его страстью, а
душа осталась бесчувственна. С ним случилось то, что часто случается с
теми, кто поклоняется не вечному, а прошлому. Он думает, что опоздал
родиться на двести лет, но двести лет назад он думал бы то же самое. Он
любит народ, про который написано в книгах, а живых людей называет чернью;
он рад бороться за то, что считает правдой, даже когда знает, что эта
правда - лишь оружие в руках негодяя. Он не дорожил своим саном в столице,
потому что этот сан казался ему недостаточно высок; он не боится прослыть
глупцом и неудачником, потому что знает, что выигрыш неудачника особенно
сокрушителен; он хочет распоряжаться людьми, как он распоряжается
собственными мечтами, - а мечты его вышколены и однообразны; и он готов
распоряжаться даже Богом, ибо уверен в собственной правоте.


- Народ, - сказал чиновник, - грязная скотина. Когда начинался мир,
народ сажал ровно столько, сколько надо съесть самому. И не будь
чиновников, которые требуют с него лишнего, он никогда бы лишнего не
сажал. И не было б тогда ни гробниц, ни статуй, ни изумительных дворцов,
ни книг, наполненных дивными словами, и все крестьяне ойкумены сидели бы,
как сырые варвары, у которых нет ни чиновников, ни искусств, ни наук.


- Да дался вам этот Иршахчан, - рассердился Нан. - Стены на вас
давят, стены! Монастырю вашему две тысячи лет, так вы думаете, и миру
вокруг столько же. Не отменял никакой Иршахчан "твоего" и "моего"!
Выдумали его где-нибудь перед концом пятой династии интеллектуальные
шутники в тоске по благопристойной государственности, а следующая династия
шутке обрадовалась: мол, не разоряем мы государство, а обновляем...
А если и был, так это совершенно не имеет значения. Неважно, что
сотворило империю: ирригационная экономика, законы государственного
централизма, военный гений Иршахчана или бредни его мудрецов! Неважно, как
произошло общество, важно лишь то, что происходит с ним сейчас. Историю
полагается забывать - иначе мир будет населен одними привидениями....


- А теперь, - продолжал Нишен, - когда чиновники научили их
производить больше, чем надо, они жалуются, что чиновники забирают излишек
себе. Народились людишки, лезут во все щели, одним глазом подражают
чиновнику, а другим - ненавидят. Выйдешь на рынок, только и слышишь от
всякого сапожника: "Друг мой! Спеши сюда! Это мое удовольствие - оказать
вам услугу!" А на самом деле это ни что иное, как свинское притворство,
потому что чиновнику, действительно, доступны благородные чувства, а
сапожник делает сапоги не из стремления к добродетели, а ради собственной
выгоды.


- Пять тысяч лет назад, - сказал Нишен, - великий Вей научил людей
сеять рис и строить каналы. Тогда болота Харайна превратились в поля, а
озера Харайна - в водохранилища, и вымерли тысячи злаков, которые росли на
болотах, и даже климат стал другой. С тех пор люди не зависят от природы,
а зависят от каналов, а каналы - это государство.
И господин Айцар хочет сделать то же самое, только не через каналы, а
через механизмы. Его машины тоже не зависят от природы, но они принадлежат
не государству, а ему самому. И когда он победит, мы вымрем, как вымерли
барасинги, когда болота Харайна превратились в поля.
А он победит, если чиновники будут по-прежнему враждовать друг с
другом, а столица - поощрять эту вражду. Вы знаете, что наместник
ненавидит своего дядю? Но предрассудки мешают аравану Нараю протянуть руку
врагу своего врага...


- Моя родная провинция, Веана, - сказал Нишен, - была завоевана
триста лет назад и с тех пор она приносит в казну меньше, чем забирает
оттуда. А до того там жили впроголодь. Ветер и вода разрушали почву, не
укрытую водой, и нельзя было из года в год сажать те же злаки, а половину
выращенного приходилось скармливать лошадям, без которых никак не удобрить
и не обработать тощие поля.
Люди жили впроголодь - однако ж жили! Но государь Иршахчан запретил
общинникам держать лошадей, как он запретил им иметь оружие. Лошади и
оружие - привилегии чиновников. Лучше содержать провинцию на дотации,
нежели изменить законам. Два века назад понимали, что лучше поступиться
выгодой, чем властью. А кому мы продаем власть сейчас?


- Ты их и за людей не считаешь, - заметил Нан.
Перевозчик удивился.
- Дома у него нет, - загнул он палец, - храма у него нет, поля нет,
чиновника тоже нет - какой же он человек. Человек работает, а эти только
грабят. Намедни в Зеленую заводь явились, девок перепортили, амбары
дочиста обобрали. А ведь они это зерно не съедят, а просто по воде пустят.
Не сеяли, а обобрали - разве это люди?
- Но ведь чиновники, - быстро спросил Нан, - тоже отбирают то, чегоне растили?
Лодочник поглядел на него лукаво.
- Начальство - совсем другое дело, у нем право.
- Право - отбирать?
- Я вот отбираю молоко у коровы. А ведь это ее молоко. Я отбираю яйца
у кур, а ведь это их яйца. Разве я не император в своем дворе? Какое право
имеет теленок жаловаться, что я его прирезал - разве я его не за этим
растил?


Руки крестьян работали днем и ночью, а разум их отдыхал
круглосуточно.
"Разум мирских людей бывает трех разрядов. Есть разум императора,
чтоб порождать все сущее. Есть разум чиновника, чтобы отдавать приказы. И
есть разум крестьянина, чтоб исполнять приказанное", - вспомнил Нан слова
написанного десять веков назад "Трактата о земледельческом искусстве".
Воля императора наполняет водами реки и каналы, а чиновники
указывают, где строить дамбы и водяные колеса. Волей императора злаки
растут из земли, а чиновники размечают поля и указывают, что на них сеять.
А крестьяне имеют разума лишь на столько, чтоб исполнять предписанное. Они
сеют, и жнут, и пашут, а про себя улыбаются самонадеянности государства.
Кто не знает, что не одной лишь волей императора растут злаки из земли,
что есть и другие боги: свой у каждом дерева, свой у каждого места.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments